• Приглашаем посетить наш сайт
    Достоевский (dostoevskiy-lit.ru)
  • Кулешов В. И.: История русской критики XVIII—XIX веков
    Введение

    Введение

    Для изучения истории русской критики необходимо определить специфическую особенность критики как одной из разновидностей литературной деятельности и как научной дисциплины.

    Критика формировалась исторически, ее предпосылки возникли еще в античности (Платон, Аристотель, Аристарх). Имелись они и в древней русской литературе (Полоцкий, Прокопович). Если опереться на опыт наиболее зрелой стадии развития русской критики в XIX веке, то очевиден такой вывод: критика — это теоретическое самосознание литературных направлений, активное средство борьбы за утверждение их творческих принципов, способ истолкования и оценки художественных произведений.

    Литературное направление становится собственно направлением с того момента, когда оно сформулировало свою программу, объединило под своим знаменем значительные силы. До тех пор оно развивается стихийно.

    У критики есть свои прямые связи с жизнью, общественной борьбой, разнообразными идеологическими течениями. Эти связи помогают критике судить о литературе в соответствии с логикой жизни, вырабатывать общественные критерии для оценки художественных произведений, разъяснять их смысл читателям. Но было бы неверно считать, что сопредельные идеологические течения, при всем их громадном значении, формируют литературные направления и их критику. Степень зависимости литературных направлений и критики от идейных течений бывает различная: у одних большая, у других меньшая, но в принципе литература и критика являются самостоятельными формами познания действительности. Художественная литература в ходе собственного исторического развития приобретает вид различных направлений. На определенной стадии эти направления вырабатывают свою теоретическую программу, т. е. критику. Таким образом, неверно было бы «выводить» критику из других идеологических течений и неверно оставлять художественные направления без их теоретического оружия, т. е. критики. Критика — важнейшая сторона литературных направлений, она придает им окончательную идеологическую оформленность и устойчивость. У критики есть свои исторические традиции, преемственность в передаче «мыслительного материала», опыта выступлений перед читателем.

    История критики изучается специальной научной дисциплиной под тем же названием. В предмет истории критики как научной дисциплины входят следующие части: система провозглашаемых критикой в статьях, манифестах и декларациях художественных принципов того или иного литературного направления; фактически складывающаяся художественная поэтика направления, анализируемая и обобщаемая критикой; методология и методика критического анализа художественных произведений; система понятий и терминов, которыми оперирует критика; ее собственные жанры и стилевые формы (обзоры, статьи, рецензии, пародии) и, наконец, полемика, т. е. активная борьба критики с чуждыми направлениями за свои принципы, за симпатии читателей.

    С философией и эстетикой критика связана в области общей теории искусства, методологических предпосылок анализа произведений. Критика имеет более прикладное значение, она — «движущаяся эстетика» (Белинский). Ее задача — оценка текущей современной литературы, формирование вкусов читателей.

    Журналистика для нее — русло, в котором фактически протекает почти вся ее история; поскольку критика — неотъемлемая часть или «отдел» всякого общественно-литературного журнала, то нередко их история пишется совместно, как история сдвоенного предмета. Но все же история журналистики — самостоятельная научная дисциплина: ее предмет—история направлений журналов и газет, их структур, средств пропаганды и агитации.

    Публицистика всегда благотворно влияет на критику, своим пафосом усиливая ее воздействие. Но критика не сводима к публицистике, у нее свои обязанности: объяснять программы литературных направлений, анализировать современную художественную литературу и ее связи с жизнью, в полемике отстаивать эстетические принципы.

    Литературоведение ретроспективно осмысляет опыт критики. Критика занята оценкой текущей современной литературы, ей принадлежит приоритет в открытиях и приговорах, отсюда неувядающая свежесть ее первых слов... Но как бы ни была проницательна критика, она неизбежно в чем-то ограничена. Литературоведение же изучает прошедшее, оно знает, чем кончилось то или иное явление, оно умудрено опытом истории, а время — лучший из судей.

    Итак, история критики имеет свой специфический предмет, свое место в системе научных дисциплин.

    Периодизация истории критики в принципе совпадает с литературной периодизацией, которая в пределах XIX века восходит к ленинской периодизации дворянского, разночинно-демо-кратического и пролетарского освободительного движения. Внутри каждого из этих этапов получают исчерпывающее объяснение все перипетии литературной борьбы.

    Литературно-критические системы складывались на основе литературных направлений: классицизма, сентиментализма, «просветительского реализма», романтизма, критического реализма, социалистического реализма. Важно выявить степень программности этих систем по отношению к литературным направлениям. Мы стремимся сосредоточиться на главных направлениях и их программах, по развитию предмета критики проследить основные перевалы в ее истории. При всей важности подробно освещаемых в учебнике критических систем различных направлений самой главной для нас является литературно-критическая система реалистического направления во всех его разновидностях.

    При характеристике литературных направлений мы выделяем ведущих критиков-профессионалов, создателей и представителей систем, а всех других рассматриваем как более или менее последовательных сторонников системы. При этом немаловажное значение для характеристик программ направлений имеют суждения писателей о литературе. Конечно, мы старались отобрать из этого наследия только наиболее существенное, то, без чего трудно представить себе историю русской критики. Без различения главных и неглавных проблем мы никогда не выберемся из хаоса бесконечных оттенков мысли, отступлений от систем, полемических извращений истины, не сможем ответить на прямо поставленный вопрос: что же такое критика и литературная программа русского классицизма, русского сентиментализма, русского критического реализма и т. д.?

    Нужно с единой точки зрения, в четко осознанных соизмеримых единицах проследить решающие этапы истории русской критики, ее спады и подъемы, развитие ее содержания, методологии, понятий, категорий, жанровых форм, стилей.

    При изучении критических систем очень важно не отодвинуть на задний план самих критиков, не затушевать степень их талантливости. Ведь тут имеется множество индивидуальных оттенков. В этом смысле одно дело, например, полные прозорливости и огня статьи Белинского или Писарева и совсем другое — суховатые статьи Лаврова или Скабичевскбго. Философская системность мышления критиков — качество великое, но иная системность представляет меньшую ценность по сравнению, например, с лапидарными, словно литыми из чистого золота, мудрыми критическими суждениями художников-практиков Пушкина или Гоголя. Нас интересует не только проблематика критических систем, но и неувядаемая прелесть отдельных, наиболее важных статей, выдающихся памятников русской критики. При этом мы стараемся не загружать пособие биографическим и текстолого-комментаторским материалом.

    До сих пор встречаются большие трудности и неудобства с литературоведческой терминологией. Они особенно ощутимы в курсе по истории критики. Следует иметь в виду, что употребляемая нами терминология во многом условна.

    Не всегда терминологические названия литературных направлений соответствуют их сущности. Названия бывают разноприродного характера, заимствованными из соседних областей. Но мы должны стремиться к научной последовательности в их употреблении и в любом названии вскрывать его художественно-методологическую сущность.

    Дискуссионным является, например, вошедший в последнее время в употребление применительно к ряду явлений русской литературы второй половины XVIII века термин «просветительский реализм». Принимая его, приходится соглашаться с несколько расплывчатым определением просветительства и реализма для столь раннего периода русской литературы. Крайне неудачно, вслед за Э. Золя, назвало себя «натурализмом» одно из течений критического реализма в русской литературе 70— 90-х годов XIX века, что до сих пор привносит в понимание этого вопроса ассоциации и аналогии с западноевропейским буржуазным натурализмом, действительно враждебным реализму.

    «Славянофильство», «народничество» — термины не литературоведческие, они обозначают течения в русской общественной мысли. Но под влиянием славянофильства и народничества существовали и определенные литературные течения, на которые перешли эти названия. Поэтому важно понять, что, например, «славянофилы» в своем творчестве и в критике были консервативными романтиками, а «народники» — одним из течений в критическом реализме 70—90-х годов.

    Не можем мы удовлетвориться и таким собственно литературоведческим названием целой группы критиков, как «теоретики чистого искусства», представители «эстетической критики»: на самом деле под этими названиями скрывались весьма тенденциозные критики либерально-примиренческого настроения — «западники», по существу являвшиеся ревизионистами по отношению к реалистической программе Белинского, бывшего для некоторых из них когда-то учителем.

    Исчерпывающе ясное в политическом смысле и в методологическом отношении определение «русская марксистская критика» также нуждается в приурочении к литературному движению конца XIX — начала XX века, т. е. к первым симптомам литературы социалистического реализма. Термин «социалистический реализм» возник гораздо позднее (в этом особенность формирования теории социалистического реализма), но та позиция, с которой первые русские марксисты критиковали современную им буржуазную литературу, приветствовали ростки нового в современном им реализме М. Горького и других писателей, уже содержала в себе некоторые теоретические положения и посылки, которые впоследствии легли в основу теории социалистического реализма.

    Наконец, несколько замечаний о библиографии. В статьях В. Г. Белинского «Речь о критике», в «Очерках гоголевского периода русской литературы» Н. Г. Чернышевского, в работе «Сорок лет русской критики» А. М. Скабичевского, в «Истории общественной мысли в России» Г. В. Плеханова уже есть отдельные эскизы истории русской критики. Большое значение имеют критические труды В. В. Воровского, А. В. Луначарского. Существует также большое количество монографий об отдельных критиках и журналах: Вал. Полянского, В. Е. Евгеньева-Максимова, А. Г. Дементьева, П. Н. Беркова, А. Лаврецкого и других. Но общих курсов истории критики, на которых можно было бы строить преподавание этого предмета, мы еще не имеем.

    В 1897 году вышла «История русской критики» И. И. Иванова. В ней есть отдельные ценные наблюдения, но автор с такой явной антипатией относился к революционным демократам 60-х годов, в особенности к Писареву, что это предопределило дурную тенденциозность всего курса. В советское время (1929—1931) под редакцией А. В. Луначарского и Вал. Полянского вышли «Очерки по истории русской критики» в двух томах. Большой пользы это издание не принесло. Скудно отобранный фактический материал, не снабженный библиографическими указаниями, в целом был освещен с вульгарно-социологических позиций.

    Серьезная разработка истории критики началась после Великой Отечественной войны. В 1950 и 1965 годах в издании Ленинградского университета вышел двухтомный коллективный труд «Очерки по истории русской журналистики и критики». Чрезвычайно богата материалами и научными выводами двухтомная коллективная «История русской критики», изданная Академией наук СССР в 1958 году. Но при всей содержательности этого труда в нем недостаточно четко осмыслен сам предмет критики. Изложение материала ведется без должной целеустремленности, вследствие чего оказались размытыми границы между критикой, литературой и журналистикой. Тем не менее академическая «История русской критики» существенно облегчает изучение предмета, и мы отсылаем к этому капитальному труду всех, кто пожелает подробнее и шире ознакомиться с материалом.

    Предлагаемое пособие является первой попыткой создания целостного курса по истории русской критики для вузов. Оно рассчитано на студентов, аспирантов, литературоведов. Предполагается, что читатель уже хорошо изучил историю русской литературы.

    В каждом учебнике может быть свой, только ему присущий ракурс рассмотрения материала. В этом смысле всегда желательно, чтобы по тому или иному предмету было в обращении несколько учебников. В предлагаемом труде, как уже говорилось, есть свой ракурс: мы преимущественное внимание уделяем вопросу программности критики по отношению к «своим» литературным направлениям; нас интересуют прежде всего теоретические задачи. Могут быть, разумеется, учебники, в которых главное внимание будет сосредоточено на других сторонах критики.

    Для тех читателей, которые пожелали бы самостоятельно продолжить изучение истории критики, в конце каждого из разделов дана по необходимости краткая аннотированная библиография. Более подробные сведения можно найти в известных библиографических указателях: по литературе XVIII века — под редакцией П. Н. Беркова, по литературе XIX и XX веков — под редакцией К. Д. Муратовой («Наука», 1968, 1962 и 1963). Автор благодарит сотрудников кафедры истории русской литературы Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, Института мировой литературы имени М. Горького и Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР, прочитавших его труд в рукописи, за ценные советы и пожелания, которыми он старался воспользоваться.

    © 2000- NIV